Жил был во Франции простой парень, играл на фортепиано в группе колледжа: оставался после занятий с другими ребятами, чтобы потом показать свое музыкальное мастерство на выпускном балу. Но потом, в силу обстоятельств, пришлось ему переключиться на бас-гитару. Активно слушал Джеймса Брауна (James Brown) и Отиса Реддинга (Otis Redding), снимал партии их басистов и мечтал снискать всемирную славу. Занимался он, занимался с упорством и настойчивостью, и мечта его начала сбываться: в одном лондонском клубе его заметил Чик Кориа (Chick Corea) и пригласил поиграть вместе, тем самым открыв ему двери в раннее недоступный мир великих джменов. Слава не заставила себя долго ждать: сотрудничество с Чиком, Херби Хэнкоком (Herbie Hancock), Тони Уильямсом (Tony Williams), Уэйном Шортером (Wayne Shorter), а так же продюсерская работа в проектах – фьюжновом L.A.ZOO и джаз-роковом CAB (последние пластинки которых значатся в каталоге компании Dark Division) были успешными априори. Находясь на пике своей исполнительской формы, Банни посетил Москву с гастролями CAB в начале марта в Le Club’e, где и состоялась нижеприведенная беседа.

Мистер Брюннель, очень приятно видеть и слышать вас в Москве, тем более в таком продвинутом фьюжн-бэнде CAB. А кто основал этот проект?
Банни Брюнель: Основателем и продюсером являюсь я, но идея создания такого проекта исходила от Майка Ворни (Mike Varney), директора лейбла Shrapnel Records. Он предложил мне спродюсировать и записать проект фьюжн-формата для его саблейбла Tone Center. До этого я еще ни разу не работал с Тони МакАлпайном (Tony MacAlpine), ноя хорошо его знал и хотел, чтобы в таком джаз-рок проекте играл именно он. Мы встретились, нашли взаимопонимание, благополучно выпустили два альбома, и CAB2 имел больший успех, чем первый. Потом стали работать дальше. В настоящее время лидерство в команде разделяет со мной Тони – прекрасный друг и талантливый музыкант.

А как в группу попал клавишник-ветеран Брайан Огэр (Bryan Auger)?
BB: Когда мы писали первый альбом, сильной необходимости в клавишнике не возникало: на тех композициях, которые мы сочинили с Тони, партия клавишных игралась нами же: я для своих треков писал, Тони для своих. Это были обыкновенные аккомпанирующие партии, без особых изысков. Записали партию клавишных, сверху наложили гитары. Но была одна композиция, звучание которой требовало выдающегося соло. И я позвал Брайана Огера для записи. Проблема была решена, но временно, как показал опыт: перед гастролями встал вопрос, кто будет играть на клавишных. И Брайан снова выручил нас.

И позже в составе CAB появился еще один клавишник, точнее клавишница, Патрис Рашен (Patrice Rushen).
BB: Да. Главная причина такого пополнения в том, что Брайан был часто занят со своим проектом (OBLIVITION EXPRESS – прим. авт), и нередко мы выступали с Патрис, так как нужна была замена Брайану. В CAB делаются ставки на все инструменты, не только барабаны, гитару и бас.

Тандем Брюнель-МакАльпайн остается неизменным, ситуацию с клавишниками вы прояснили. Остаются барабанщики: почему Верджил Донати (Virgil Donati) сменил Денниса Чемберса (Dennis Chambers)?
BB: Деннис пользуется большим спросом в сфере музыки. Мало того, что сейчас он полноценный участник состава Карлоса Сантаны (Santana), так еще и Майк Стерн (Mike Stern) и участники проекта NIACIN ведут за ним постоянное наблюдение. Как только они узнают о перерыве в гастрольно-студийном творчестве Сантаны, тут же начинают буквально разрывать Денниса на части. Я не готов и не хочу бороться с Майком и Билли Шиэном (Billy Sheehan – основатель проекта NIACIN – прим. авт.) за право позаимствовать Чемберса на время записи или концертов. Так я пришел к выводу, что лучше позвать другого барабанщика. Верджил принял предложение и достойно заменил Денниса.

Существуют альбомы CAB, CAB2, CAB4. А CAB3 почему не было?
BB: А это чтобы всех сбить с толку! (смеется). На самом деле мы все-таки планировали запись CAB3, предполагая, что это будет CAB3 Live. Недавно вышел live-альбом на двух дисках, но это именно CAB Live Double Audio CD Set, а не ожидаемый многими CAB3

Почему первый альбом CAB был выпущен на Tone Centre, а CAB4 на Favored Nations?
BB: Лейбл Tone Centre почти не занимается дистрибуцией в Европе, где мы наиболее популярны, поэтому CAB4 был выпущен уже на лейбле Стива Вая (Steve Vai). Favored Nations распространяет диски только на территории Канады и Штатов, а дистрибуцией в Японии и Европе занимаются другие лейблы: King Records и Mascot/Provogue Records соответственно. Фактически же, лицензионные альбомы CAB недоступны меломанам многих стран.

Компания Dark Division выпустила CAB4 и L.A. ZOO Revisited в России по лицензии Mascot Records.
BB: Прекрасно! Кстати, в последнее время все чаще и чаще мои альбомы покупают непосредственно через мой официальный сайт. Система купли-продажи давно налажена и работает бесперебойно. У меня есть собственный лейбл Bunny Brunel. Уже несколько пластинок вышло на нем, и они неплохо продаются.

У вас есть целых три DVD. Что они из себя представляют?
BB: “CAB Live” мы записали в одной музыкальной школе Голливуда в составе Тони, Верджил, Патрис и я. Два остальных (на них играют Деннис Чемберс, Брайан Огер, Тони и я) – в культовом калифорнийском джаз-клубе Baked Potatoes.

На одном из сайтов есть фотография, сделанная в этом клубе. На ней запечатлены вы, гитарист Фрэнк Гамбале (Frank Gambale) и барабанщик Чед Уокерман (Chad Wackerman). Это просто дружеский джем, или существует проект BRUNEL / GAMBALE / WACKERMAN?
BB: В клубе Baked Potatoes помимо CAB я играю со многими музыкантами. На барабанах играют разные ударники, но чаще всего это Чед. Костяк же таких джемов составляют я, Фрэнк, Патрис Рашен на фортепиано. Команда наша называется BUNNY BRUNEL AND THE FRIENDS. Мы периодически распадаемся, на время обильной работы в своих главных группах, а потом снова сходимся и выступаем вместе.

Расскажите, пожалуйста, о проекте L.A. ZOO, его оригинальной и revisited-версии.
BB: Основой его стал мой творческий союз с Вивианом Кэмбэллом (Vivian Campbell) – потрясающим гитаристом, игравшим в RIVERDOGS, DIO, WHITESNAKE. Мы встретились и решили поиграть фьюжн с доминированием рок-гитары и агрессивного баса. На первой и оригинальной версии альбома звучат электронные пэды, их записывал Джон Уокерман (John Wakerman). Мне тогда очень импонировало их звучание. После того, как альбом был выпущен, и я оценил его свежим взглядом, электронные пэды не показались мне такими уж привлекательными. Было решено записать живые барабаны. Мою мысль воплотил в реальность Верджил Донати (Virgil Donati).
На альбом вошли те композиции, которые мне нравились в юности. “Tropicana” напоминает тот рок-н-ролл, который крутили по радио лет двадцать назад. “Ivanhoe” навеяна творчеством Стэнли Кларка (Stanley Clarke): на его одноименном альбоме “Stanley Clarke” есть композиция “Lopsy Lu”, которая мне очень нравится своим битом. Находясь под впечатлением от него, я постарался сыграть нечто подобное, но со своим подходом. Эта композиция, названная в честь сына Стэнли Кристофера Иванхоэ (Christopher Ivanhoe), вошла в мой второй сольный альбом и этот более рок-н-ролльный сборник. “Vivian’s Boogie”, написанная Кэмпбелом, основана на композиции “Fried Hockey Boogie” группы CANNED HEAT. “Blue Touch” – это вариации на тему “Blues (Part 2)” BLOOD SWEAT AND TEARS. Группа LED ZEPPELIN тоже повлияли на развитие меня как музыканта в свое время. “May be Tuesday” я сочинил, опираясь на это влияние. “Led Boots” – известная композиция Джеффа Бека (Jeff Beck), а “Ten years later” навеяна буги “I'm Going Home” группы TEN YEARS AFTER. Таким образом, L.A. ZOO – это своеобразный камбэк музыки шестидесятых годов.

Как вы начали работать с фирмой Carvin?
BB: Сначала я сотрудничал с компанией YAMAHA. Они делали для меня гитары серии BB (Bunny Brunel). Модель BB300 по своему звучанию и электронике наиболее близка к моим представлениями об идеальной гитаре. Но это не было моей подписной signature гитарой: я просто давал работниками YAMAHA так называемые “советы бывалого”. И они изменяли что-то в гитарах BB, руководствуясь этими советами. Фирма Gibson тоже предложила разработать подписные модели Bunny Brunel. Но наше сотрудничество не сложилось – фирма ограничилась выпуском около десяти гитар и на этом остановилась. И через несколько месяцев я начал еще более плотно работать с Carvin. Тринадцать-четырнадцать лет назад я познакомился с их примочками и пользуюсь ими по сей день. В Carvin мне нравится то, что все гитары линейки BB сделаны по одному стандарту. Так что жаждущие hand-made инструментов могут не рассчитывать на эксклюзивность моделей BB. Все гитары одинаковы вплоть до миллиметра. И если вы купите гитару Carvin BB в музыкальном магазине, то она будет такой же, как у меня: звучки, электроника и прочее. Вы, конечно, можете выбрать дерево, но все остальное будет как у меня.
Банни, а в каких случаях вы играете на контрабасе?
BB: Его я беру в руки, если играю straight-ahead джаз, во время джемов например. Еще я использовал этот инструмент при записи альбома “Dedication” с Винни Колаюттой (Vinnie Colaiuta), Чиком Кориа и Билли Чайлдзом (Billy Childs). С этим диском связан очень интересный момент: когда я был во Франции, контрабас был в порядке вещей, и все звали меня, чтобы я “поконтрабасил” на джеме. Но когда я переехал в Америку, мой инструмент был мало популярен – все играли на обыкновенных электрических бас-гитарах. Наверное, именно поэтому рекорд-лейбл “Musidisc” предложил мне записать альбом с контрабасом. В то время я гастролировал с Херби Хенкоком и Уэйном Шортером, и представители лейбла оценили звучание этого прекрасного инструмента. А несколько месяцев назад я играл на контрабасе с гитаристом Грегом Пери (Greg Perry) и барабанщиком Дэйвом Веклом (Dave Weckl).

Вы активно занимаетесь и преподавательской деятельностью: расскажите о ваших книгах. Перекликаются ли они с обучающими видео?
Книгу “Complete Bass Sessions” я написал самой первой. Она была в комплекте с видеокассетой, но сейчас этот комплект не продается, ибо DVD – передовые технологии, так сказать, - пользуется очень большим спросом, что вполне объяснимо. И именно с DVD диском доступен нынче мануал “Complete Bass Sessions”. Затем были выпущены “Fretless Bass”, “Complete Book of Slap Bass Essentials” и другие. Но все они без видео – только с CD-диском, на котором записаны примеры из учебников в mp3 формате. Всех их можно заказать на моем официальном сайте bunnybrunel.com.

На нем так же есть информация, что вы доступны как сессионный музыкант, и за энное количество денег вы запишете партию баса для треком любому желающему.
BB: Да. У меня есть возможность записывать музыку, проводить мастеринг, инжениринг альбома в своей студии. И я готов использовать эти блага не только для себя: они могут быть полезны и для других музыкантов. Человек высылает мне треки, я записываю партию баса для них, “отглаживаю” звук и отсылаю готовые аудио-файлы обратно.

Сколько стоит ваша работа?
BB: Если от меня требуется записать партии для целого альбома (семь – одиннадцать треков), то цена, безусловно, будет высока. Ведь помимо непосредственно записи, я провожу много времени в работе со звуком, пытаясь добиться ровного звучания – альбом должен звучать в одном ключе. Желающему легче заплатить за сведение и мастеринг мне, чем отдельно басисту, и отдельно студии после окончательной доработки – ее, я повторюсь, могу сделать сам.
Если же мою игру хотят слышать на нескольких треках, то моя работа оценивается в пятьсот долларов максимум за каждый трек.

Как вы отбираете треки? Каковы требования к ним?
BB: Музыка мне должна нравиться. Это главное. А сыграть все могу.

И даже брутально-металлические партии записываете?
BB: (смеется) А почему бы и нет? Как раз такие композиции пишутся легче и быстрее всего. Я умею играть во всех стилях: и кантри, и хард-рок, и джаззи, и фанк (напевает “Sex Machine” Джеймса Брауна), и тем более метал.

Расскажите поподробнее о своих сольных работах
BB: Мой первый альбом “Touch” записывался на юге Франции в конце семидесятых. Основную работу проделали я и клавишник Даниэль Гайон (Daniel Goyone). Безусловно, другие музыканты принимали участие в записи, но центральными персонажами сего действа были мы вдвоем. Тогда я еще не был известен во Франции, и поэтому на моем же сольном альбоме мне формально отводилась роль featuring-музыканта. Ибо Гайона и Чика Кориа (а он тоже играл на нескольких композициях) французские поклонники джаза и джаз-рока знали намного больше, чем меня.
В начале восьмидесятых, находясь во Франции, я записал часть второго сольника “Ivanhoe” с барабанщиком Томом Брехтлайном (Tom Brechtlein) – до этого мы выступали вместе с Чиком. Часть треков я записал в Лос-Анджелесе. На альбоме “Ivanhoe” собрались кумиры моей молодости: Тони Уильямс, Херби, сакософонист Джо Фаррелл (Joe Farrell) и многие другие…
“For You To Play” и “Momentum” были записаны в середине девяностых. На них я уже не исповедовал принцип количества, переходящего в качества, хотя, уверен, на “Ivanhoe” он прекрасно сработал. Для записи этих же двух альбомов было приглашено значительно меньше исполнителей. На “For You To Play” играют Майк Стерн, Билли Чайлдз, Клифф Алмонд (Cliff Almond) и прекрасная барабанщица Терри Лайн Керрингтон (Terri Lynn Carrington). Я, кстати, использовал на этом альбоме электрический контабас. А в “Momentum” засветился австралиец Фрэнк Гамбале, Патрик Мораз (Patrick Moraz), Джон Уакерман (John Wackerman) и Кей Акаджи (Kei Akagi).

Как часто вы концертируете?
BB: Я постоянно выступаю: в клубах, в институтах и школах о своими мастер-классами, а так же на разных джаз и джаз-рок фестивалях. Иногда бывают продолжительные турне, но я не их поклонник: во-первых, физически и эмоционально они очень изнуряют, а во-вторых, у меня подрастает прелестная дочка (сейчас ей три годика). И я должен быть рядом с ней, воспитывать ее и видеть, как она растет. Я хочу быть хорошим отцом.

А где вам больше нравится выступать?
BB: Мне везде одинаково хорошо, главное – чтобы люди понимали музыку. В больших концертных залах потрясающая энергетика, а в клубах царит более сплоченная атмосфера, ведь зрители более внимательны и сконцентрированы на музыке.

CAB2 был номинирован на награду Grammy. Расскажите, пожалуйста, эту историю поподробнее
BB: Да. Альбом был заявлен в номинации “Best Contemporary Jazz Instrumental Album”. Что и говорить, я горжусь этим, ведь тысячи музыкантов ежедневно собираются в группки по несколько человек и записывают альбомы такого современного джаза. Любой джем на студии, любое выступление могут быть записаны и выпущены как СD, и таких пластинок выходит сотни – музыканты нынче толковые и “плодовитые”. Но всего лишь пять альбомов удостаиваются номинации Grammy, и это большая честь – быть среди этой пятерки.

Что вы в целом думаете о таких наградах?
BB: Можно провести аналогию с высшим образованием . Молодые люди поступают в колледж для того, чтобы получить диплом. Само наличие этого документа является одним из главных требований при приеме на работу. Диплом – свидетельство того, что человек благополучно закончил колледж, и значит, его можно брать на работу.
А люди, которые слушают музыку, могут даже не задумываться о том, хорошую ли они слушают музыку. И если им авторитетно ткнуть пальцем на альбом какой-нибудь команды и сказать “Прекрасный альбом”, то они в большинстве своем поверят сказанному. Те, кто и без этого слушает эту команду, подумают: “Никто и не сомневался”. А кто до этого не знал о существовании группы (или знал, но не особо не интересовался тем, что она играет), пойдет и купит пластинку. Так как ТАМ, НАВЕРХУ, сказали, что это прекрасный альбом. Люди внушаемы, и реклама этому подтверждение. И без нее никуда. И Grammy Awards – успешный способ познакомить широкие и несведущие массы с хорошей музыкой.

Жанр smooth jazz считается в таких массах связующим звеном между поп-музыкой и джазом, и часто знакомство с джазом начинается именно со smooth jazz’a. Как вы относитесь к такой музыке?
BB: Я не могу дать точную оценку этому музыкальному явлению. Людям нравится слушать это во время рутинной работы за компьютером; или, скажем, женщинам легче шить-вязать-готовить под такую музыку, не заостряющую на себе внимания. Smooth jazz – идеальный аудио-фон для супермаркетов, парикмахерских и кулинарных передач. И все бы хорошо (ибо каждому свое), но слово jazz в этом филологическом симбиозе меня удивляет. Я считаю, что оно здесь не совсем уместно; smooth rhythm-n-blues более подходит к описанию этой незамысловатой музыки. А музыка ли это? Безусловно, да. НО лично я не могу слушать ее долго, хотя есть которые композиции, которые мне симпатичны. Однако поток услышанного на радио smooth jazz’a, который я не смогу на разграничить на отдельные треки, намного массивнее, чем эти несколько песен.
И опять же ярлыки. На smooth jazz радиостанциях диджеи ставят Стинга (Sting) со словами “Вот он – эталон качественного smooth jazz’a”. С каких пор Стинг переквалифицировался в smooth’ера? В принципе, особой квалификации для этого не требуется. Есть те, для которых такая музыка – апогей творчества и самореализации. А есть исполнители и получще, для которых запись такой диетической и удобоваримой формы джаза – это как десерт, приятное и ненапрягающее времяпрепровождение. К таким музыкантам отношусь я, Майк Стерн, Рэй Гомез (Ray Gomez), Билли Чайлдз, Флора Пьюрим (Flora Purim) и многие другие. Мы вместе записали альбом “Café Au Lait” – это не джаз во всей его первозданности, но это и не прилизанный smooth jazz. Это easy-listening, исполненный талантливыми музыкантами, решившими поиграть в шашки на поддавки после глубокомысленных партий в шахматы.

Банни, а каким проектом помимо CAB вы заняты в настоящий момент? Можно ли ожидать в ближайшем будущем новый сольный альбом?
BB: Сольник пока подождет, так как сейчас я плотно занимаюсь продюсированием французского поп-певца Мишеля Полнароффа (Michel Polnaroff), он, к слову сказать, выходец из России. Так же я готовлю альбом со Стэнли Кларком. Особенность его в том, что это будет дуэт двух басистов (на переднем плане) с аккомпанирующим барабанщиком и различными соло на второстепенном плане, и никаких клавишных. Все внимание будет направлено на меня и мистера Кларка: мы собираемся собрать на альбоме всевозможные бас-инструменты (piccolo и fretless басы, контрабас) и устроить грандиозный бас-гитарный праздник! (смеется)

Будем ждать его с нетерпением, как и следующий ваш приезд в Россию!

Татьяна Зайцева, Валерий Кучеренко (фото автора)
Полная версия. Первая публикация (сокращённый вариант) – газета ТЕРРИТОРИЯ КУЛЬТУРЫ.

Авторы выражают благодарность Игорю Бутману и Роману Христюку